История агарвуда: 2 000 лет торговли — от Морского шёлкового пути до современных плантаций

Если в одном предложении, то история агарвуда — это история редкой смолистой древесины, которая шла из азиатских лесов к далёким покупателям, ценившим её выше почти любого другого ароматического материала. Маршруты, покупатели и правила менялись много раз, но основная схема оставалась прежней.^[1]

Цифры объясняют цену. Согласно исследованию 2013 года в журнале Molecules (Liu 2013), лишь около 10 % деревьев Aquilaria образуют агарвуд без помощи человека, поэтому большая часть сегодняшнего предложения приходится на культивированные деревья с искусственно вызванным смолообразованием.^[6]

Саму древесину описать просто. Агарвуд — это тёмная ароматная сердцевина, которая образуется, когда дерево Aquilaria повреждается и заражается и заполняет поражённые ткани смолой. Подробнее о материале и его биологии рассказывает наш материал что такое уд на самом деле и как он образуется.

Не менее просто объяснить, что делало его ценным. Смола образуется лишь в небольшой части диких деревьев, и снаружи, по коре, её не увидеть. Поэтому поставки всегда были непредсказуемы, а лучшие куски — всегда в дефиците.

Эта редкость определила две тысячи лет торговли. Она объясняет, почему агарвуд был данью императорам, корабельным грузом, который стоило страховать, предметом коллекционирования в Японии и, в конце концов, видом под защитой международного права.

Что рассказывают названия

Названия агарвуда повторяют его торговые маршруты. Английское слово «agar» обычно возводят к санскритскому aguru через малайское gaharu. Арабское ʿūd означает просто «дерево», а греческие авторы использовали слово, близкое к agallochon.^[1]

По-китайски его называют чэнь сян (沉香) — «тонущий аромат», потому что самые плотные куски тонут в воде. По-японски — дзинко, а в старых европейских текстах часто встречается «алойное дерево». Каждая крупная культура на этом пути дала древесине своё имя — верный знак того, как далеко она путешествовала.

Самые ранние источники показывают, что агарвуд задолго до Нового времени был роскошным ароматическим материалом в Южной Азии, Средиземноморье и Китае. Однако древние тексты редко описывают виды растений, поэтому часть отождествлений опирается на интерпретацию учёных.

В Южной Азии санскритская литература упоминает агуру среди ароматных пород дерева, применявшихся в богослужении и парфюмерии. Это согласуется с ботаникой: Aquilaria естественно растёт на северо-востоке Индии и в соседних регионах.

В Средиземноморье греческий врач Диоскорид в I веке описал агаллохон как привозную ароматную древесину. Римские покупатели платили за неё как за заморскую роскошь — наравне с перцем или ладаном.

Является ли библейское «алоэ» агарвудом?

В нескольких библейских отрывках «алоэ» упоминается вместе со смирной и корицей. Многие исследователи считают, что речь идёт об агарвуде, а не о растении алоэ, поскольку в текстах оно выступает как парфюмерное сырьё. Тем не менее это остаётся интерпретацией, а не установленным фактом.

Путаница в названиях сказывается на покупателях и сегодня. В нашей статье почему алойное дерево — это не алоэ вера объясняется, как это старое слово сохранилось в западных каталогах благовоний.

Агарвуд перевозили в основном морем. Корабли везли его по Морскому шёлковому пути — сети маршрутов, связывавших Южный Китай, Юго-Восточную Азию, Индию, Персидский залив и Восточную Африку.

Морская перевозка хорошо подходила этому материалу. Агарвуд лёгок относительно своей стоимости, при сухом хранении сохраняется годами и не портится, как продовольственный груз. Кроме того, муссонные ветра делали сезонные плавания достаточно предсказуемыми для регулярной торговли.

Древесина шла сразу в нескольких направлениях. Леса Юго-Восточной Азии, в том числе побережья нынешних Вьетнама и Камбоджи и Малайского мира, снабжали Китай, Индию и арабский мир. При этом у Южного Китая был собственный местный вид — Aquilaria sinensis, который тоже попадал в торговлю.

Гуанчжоу, Цюаньчжоу и торговля благовониями при династии Сун

Гуанчжоу (Кантон), столица нашей провинции, был крупным портом внешней торговли по меньшей мере со времён династии Тан. Там жили и торговали арабские и персидские купцы, и ароматические вещества входили в число их товаров.

При династии Сун государство учредило в Гуанчжоу, Цюаньчжоу и других портах управления морской торговли, которые регистрировали иностранные грузы и взимали с них пошлины. Ароматические вещества — агарвуд, ладан и другие смолы — составляли крупную категорию этого импорта. Поэтому некоторые историки называют этот морской маршрут «путём благовоний».

Сунские авторы писали об агарвуде с настоящим знанием дела. Они сравнивали происхождение, хвалили древесину с острова Хайнань и из Тямпы в центральном Вьетнаме и оценивали куски по плотности и аромату.

Гонконг — «Благоуханная гавань»

Название Гонконг, 香港, означает «Благоуханная гавань». Распространённое объяснение связывает его с торговлей благовониями из Гуандуна. Согласно этой версии, древесину местных «благовонных деревьев» собирали в районе Дунгуаня и на территории нынешних Новых Территорий, а затем отправляли из небольшой гавани на острове Гонконг.

Этот местный агарвуд называли гуаньсян (莞香) — по Дунгуаню, и получали его от Aquilaria sinensis, того самого вида, который выращиваем мы. По преданию, груз шёл дальше в Гуанчжоу и на север, а гавань получила имя от этой торговли.

Мы приводим эту историю с оговоркой. Историки называют и другие объяснения названия, а версия о благовониях — это широко принятое предание, а не доказанный факт. И всё же Aquilaria sinensis до сих пор растёт в дикой природе в сельских районах Гонконга, и эта связь остаётся наглядной.

По преданию, история агарвуда в Японии начинается в 595 году н. э. Хроника «Нихон сёки» сообщает, что к острову Авадзи прибило бревно и что островитяне, сжигая его как дрова, заметили необычайный аромат и отправили его ко двору.^[2]

Возможно, эта история отчасти легенда, но её суть верна. В Японии нет местных видов Aquilaria, поэтому каждый кусочек дзинко, когда-либо сожжённый там, прибыл морем. Следовательно, японские покупатели всегда были импортёрами — и очень требовательными.

Агарвуд пришёл в Японию вместе с буддизмом и придворной культурой континента. Его жгли в храмах, им ароматизировали одежду и покои, а позднее добавляли в замешанные благовония для аристократических игр.

Ранзятай в Сёсоине

Самый знаменитый кусок агарвуда в Японии — Ранзятай, большое полое бревно, которое хранится в Сёсоине, императорской сокровищнице в Наре. Он входит в эту коллекцию уже много веков, хотя учёные до сих пор спорят, когда именно и откуда он прибыл.

Его название — маленькая загадка. Каждый из трёх иероглифов 蘭奢待 содержит один иероглиф из названия Тодайдзи (東大寺) — храма, которому служил Сёсоин. Иными словами, в имени спрятан храм, и это говорит о том, как высоко ценили эту древесину.

Предание сообщает также, что могущественным правителям позволяли отрезать от него маленькие кусочки. Ярлыки на бревне отмечают места срезов, которые традиционно приписывают сёгуну Асикаге Ёсимасе, военачальнику Оде Нобунаге и императору Мэйдзи. Таким образом, Ранзятай был не только ароматом, но и символом политического статуса.

От придворного аромата к кодо

В XV–XVI веках ценение агарвуда превратилось в формальное искусство кодо — «путь благовоний». Школы Оиэ-рю и Сино-рю установили правила, по которым небольшие щепочки древесины нагревают и распознают по аромату.^[2]

Кодо создало устойчивый рынок для древесины высших сортов, особенно для кяра — японского названия самой тонкой смолы. Наша статья о церемонии благовоний кодо и её инструментах рассказывает, как эта практика выглядит сегодня.

Для современных закупщиков Япония остаётся рынком, который ценит стабильность качества и документацию. Местные производители благовоний по-прежнему покупают тонкий порошок агарвуда и древесину для прессованных благовоний, а наши благовония ко в японском стиле стоят от $6/г при MOQ (минимальном заказе) 100 г.

Ближний Восток стал крупнейшим покупателем, потому что агарвуд занимает центральное место в повседневном гостеприимстве, личной парфюмерии и религиозной жизни по всему Аравийскому полуострову. Спрос там давний, широкий и устойчивый, а не ограниченный коллекционерами.

Торговая связь очень древняя. Арабские и персидские суда веками возили ароматические вещества между Заливом, Индией и Китаем, а средневековые арабские авторы, писавшие о парфюмерии, относили уд к самым благородным материалам. Они также классифицировали его по месту происхождения — так же, как закупщики спрашивают о происхождении сегодня.

Сборники хадисов упоминают использование уда как благовония, и воскурять его по-прежнему принято в знак уважения к гостям. В доме в странах Залива визит часто завершает мабхара с тлеющей щепой или бахуром. Здесь мы ограничиваемся хорошо задокументированными обычаями, а не вопросами вероучения.

Нефтяная эпоха и современный спрос

Во второй половине XX века спрос резко вырос вместе с доходами в странах Залива. Исследование TRAFFIC о торговле Aquilaria malaccensis называло Ближний Восток ведущим потребителем как древесины, так и масла, а региональные хабы реэкспортировали сырьё из стран-производителей.^[1]

Это давление легло прежде всего на дикие деревья. Сборщики рубили множество деревьев, чтобы найти немногие со смолой, и дикие популяции сократились в нескольких странах-производителях. В результате на проблему обратили внимание регуляторы.

Сегодня закупщики из стран Залива покупают весь ассортимент. Щепа удового дерева для воскурения стоит от $0.24/г на нашей странице сортированной щепы уда, а смешанный бахур для меджлиса — от $6/г при MOQ 250 г.

Индия, Ассам и связь с аттаром

Индия сыграла двойную роль. Ассам и северо-восток поставляли древесину и масло местной Aquilaria, а парфюмеры Каннауджа создали давнюю традицию дистилляции аттаров, в том числе масел с агарвудом.

Дистиллированное масло уда, которое в странах Залива называют дехн аль уд, сделало агарвуд удобнее для ношения и перевозки. Сегодня мы производим его сами методом гидродистилляции, и наше масло уда гидродистилляции стоит от $7.00/г при MOQ 10 г.

Агарвуд включили в списки, потому что высокий спрос истощал дикие популяции Aquilaria. Aquilaria malaccensis внесли в Приложение II СИТЕС в 1995 году, а в 2004 году действие перечня распространили на все виды Aquilaria и Gyrinops.^[3]

• Что означает Приложение II: торговля разрешена, но страны-экспортёры должны выдавать разрешения, подтверждающие, что сырьё получено законно и торговля не угрожает виду.
• Плантационное сырьё: культивированный агарвуд — всё равно Aquilaria, поэтому для большинства международных отправок ему нужны документы СИТЕС.
• Примечание #14: к перечню прилагается примечание, освобождающее некоторые готовые продукты в розничной упаковке. Перед планированием отправки проверьте действующую редакцию примечания, так как конференции СИТЕС могут её изменить.
• Наша практика: каждая оптовая партия отправляется с сертификатом сортировки и, где это требуется, экспортным разрешением СИТЕС по Приложению II, а для живых растений — ещё и с фитосанитарным сертификатом.

Пошаговое описание документов — в нашем руководстве по разрешению СИТЕС на агарвуд.

После 2004 года: правила продолжают меняться

Включение 2004 года стало началом, а не концом. Позднее примечание #14 освободило некоторые готовые продукты в розничной упаковке, а СИТЕС продолжает рассматривать агарвуд на последующих конференциях.

Меняются и национальные правила. В 2024 году годовая экспортная квота Индии на щепу и порошок культивированного агарвуда выросла с 25 000 кг до 151 080 кг, а на масло — с 1 500 кг до 7 050 кг.^[4] Иными словами, история продолжает писаться.

Научные обзоры подтверждают, насколько изменилась сторона предложения. Азрен и соавторы описывают распространение технологий индукции на культивируемой Aquilaria в ряде азиатских стран, превратившее дикий сбор в сельскохозяйственную культуру.^[5]

Наше собственное хозяйство — часть этого сдвига. AgarwoodTown основана в 2014 году в посёлке Гуаньчжу (Guan Zhu Town), район Дяньбай, город Маомин, и мы сами инокулируем свою плантацию Aquilaria sinensis площадью более 100 му. Мы также работаем более чем со 100 фермерами-плантаторами по контракту.

Мы продаём только плантационное сырьё, и основатель компании Wang Jianyu сортирует его по нашей внутренней шкале D, C, B, A и AAA; кинам предлагается по распределению. Эта шкала — наша собственная, а не стандарт ISO или СИТЕС. О ботанической стороне вопроса рассказывает наш обзор основных видов Aquilaria, где sinensis сравнивается с malaccensis, crassna и другими.

Плантации продают и саму отправную точку. Производители, желающие войти в эту отрасль, могут купить саженцы Aquilaria sinensis от $15 за растение при MOQ 10 растений, с фитосанитарным сертификатом.

Для закупщика история — не просто фон. Она объясняет, почему существуют сорта, почему важны заявления о происхождении и почему с каждой коробкой едут документы.

Например, дистрибьютор из стран Залива, запрашивающий профили «Hindi» или «Cambodi», пользуется категориями, которые купцы выстраивали веками. Точно так же японский производитель благовоний, настаивающий на тонком и однородном порошке, продолжает стандарт кодо, а разрешение СИТЕС — это современный ответ на перепромысел, который зафиксировала история.

Мы видим ту же картину каждую неделю за сортировочным столом. Закупщики по-прежнему платят за аромат, смолу и доверие к источнику — точно так же, как купцы в Гуанчжоу тысячу лет назад.